О войне в Донбассе, объединении ДНР и ЛНР и признании Республик – интервью Захара Прилепина

Как будут развиваться события в случае эскалации конфликта в Донбассе, потеряет ли Россия Украину если признает Республики и почему главная задача партии «Справедливая Россия – За правду» — возвращение Донбасса в состав России. Эксклюзивное интервью для DNR LIVE сопредседателя партии «Справедливая Россия – За правду» Захара Прилепина.
 
Как Вы считаете, произойдет ли эскалация конфликта или Украина специально провоцирует Россию, стягивая вооружение к линии соприкосновения?
Однажды произойдёт неизбежно. И мы победим.
Но… высока вероятность эскалации в самой ближайшей перспективе, которая требует отдельного разговора.
Если все-таки ВСУ перейдут к активному наступлению, то, когда это, по-вашему, произойдет, каков будет сценарий данных событий и чем он закончится?
Россия будет вынуждена – и должна! – ввести войска.
Пока Россия будет вводить войска, армия ДНР неизбежно понесёт серьёзные потери.   Хотелось бы этого избежать – но как?
Если ввести войска до этого – Россию неизбежно обвинят в агрессии. Поэтому Россия присутствует, так сказать, точечно, а не всей мощью.
Мощь затаилась в ожидании, и готова к броску.
Повторяется грузинский сценарий, увы. Или приднестровский. История, увы, воспроизводится.
Мир подл и лукав. Все международные сообщества и правозащитные организации, в сущности, могут просчитать сценарий заранее, и все отворачиваются в сторону, делая вид, что ничего не происходит, хотя США самым откровенным образом науськивают Украину, и киевская власть явно идёт на поводу, готовясь пролить кровь.
Я ненавижу этих, принимающих решения, людей в Киеве. Я всем существом желаю им поражения и наказания.
Всем известно, что Вы принимали непосредственное участие в событиях на Донбассе, а также оказывали помощь его жителям и военным. Почему Вы покинули территорию ДНР?
Во второй половине 2014-го года и в первой 2015-го я сделал десятки рейдов по территории ЛНР и ДНР, как гуманитарщик, военкор и куратор одного из подразделений в Луганске. В 2015 году я получил предложение поработать с главой ДНР Александром Захарченко, сначала как консультант по информационной политике, затем, как советник. В 2016 году по предложению Захарченко, мной было переведено из ЛНР в ДНР курируемое мной подразделение. Оно вошло в состав полка спецназначения – т.н. Гвардии Захарченко. В нашем батальоне я занял должность заместителя комбата. Год и восемь месяцев я прослужил в качестве офицера армии ДНР: батальон занимал позиции на передовой под Коминтерново, Пантелеймоновкой, Сосновкой, Стылой, и так далее.
Мы все тогда, скрывать не стану, готовились к наступлению – месяц, другой, третий, пятый, десятый. Очень часто обсуждали это с Захарченко.
Но наступление откладывалось и откладывалось.
Летом 2018-го я отпросился у Захарченко в отпуск: прямо говоря, половину денег на содержание батальона я добывал сам, со всяких своих проектов в России – и надо было немного подзаработать на дальнейшее бытование моего подразделения.
31 августа того года Захарченко погиб. Я был в России в это время.
1 сентября я вернулся: мы ожидали эскалации, но её не случилось и тогда.
Наш батальон был переформатирован. В силу разных обстоятельств, так сказать, команда Захарченко ушла с руководящих постов – пришли новые люди: их право строить политику так, как они считают нужным.
В любом случае, на Донбассе я провёл самые важные годы в своей жизни. Я люблю народ Донбасса, и надеюсь ещё внести свою лепту в завершение всей этой истории.
Мы обязаны победить.
Потом я приду на могилу к Захарченко, к Арсену Мотороле, с которым мы очень дружили, к двум командирам рот нашего батальона – Диггеру и Доку, они оба погибли, — и скажу, что мы доделали то, что обязаны были доделать.
Это главная мечта и главная цель моей жизни.
Есть ли у Вас враги в ДНР?
Не думаю, что стоит их называть врагами. Враги у меня – на той стороне линии соприкосновения.
А в ДНР…
Есть паблики в телеграмме и пара чудаков в социальных сетях, которые распространяют про меня феерическую и подлую ложь.
Некоторых из этих людей я знаю лично. Пока я был в ДНР, они заглядывали мне в глаза, и искали моей дружбы. Видимо, они посчитали, что я занимал то место, которое по праву принадлежало им.
Но я занимал своё место. Бог им судья.
Я не искал на Донбассе ничего, кроме счастья для моей огромной донбасской родни.
Считаться ни с кем не стану. Я так решил для себя, что Господь всё видит, и правда всё равно рано или поздно выяснится.
Мне нечего скрывать и есть чем гордиться.
Как Вы считаете, почему ДНР и ЛНР до сих пор не объединились?
Экономика. Всегда всё определяет экономика. Одну республику курирует одна российская силовая служба. Другую республику – другая. Россияне зачем-то устроили эту, так сказать, конкуренцию.
Впрочем, надо учитывать и тот момент, что Луганск всё-таки ощущает себя отдельным столичным регионом – у них республиканские вузы, республиканский театр, республиканское всё. А если случится объединение, они перейдут в статус подчинения Донецку. Наверное, им это не очень нравится. Это как Рязанскую область с Владимирской областью, и столицей назначить Рязань. Во Владимире этого не оценят.
Но когда Донецк и Луганск вернутся в Россию, все эти проблемы будут сняты. Столица будет в Москве.
Какие, по Вашему мнению, должны быть предприняты шаги, как от высшего руководства России, так и от руководства республик для вхождения последних в состав России?
Шаг один – снос политической власти в Киеве. Либо прямое военное противостояние, в ходе которого украинской армии будет нанесено поражение, и затем будет принята, на наших условиях, капитуляция.
Скажите, пожалуйста, нет ли у Вас опасений, что после признания ЛДНР, не говоря уже о вхождении их в состав РФ, Россия «потеряет» Украину безвозвратно? Ведь её нельзя терять из зоны влияния. Ведь живут русские люди, ещё не до конца разрушены технологические и экологические связи. Как Россия будет выстраивать отношения с Украиной в этом случае?
Ничего никогда не кончается. Надо эту простую вещь запомнить: ничего никогда не кончается. Ну, признаем мы ДНР и ЛНР. Ну и что: можно на следующий день заняться подготовкой очередного Майдана в Киеве, вследствие которого к власти там придёт некий человек с вшитыми под кожу погонами ФСБ РФ.
Как Вы считаете, в случае признания республик, к чему это приведет на международной арене? Или Россия обойдется только санкциями?
Это история не будет иметь конца никогда. Она вечная.
Она просто трансформируется всё время. Вот пришёл Рюрик из Новгорода и перебил правителей в Киеве. И стал княжить там, управляя всем пространством русской земли по пути из варяг в греки.
Потом пришла усобица. Потом орда. Потом возникла Запорожская Сечь. Потом случилось воссоединение с Россией. Потом – на 80 лет! – гражданская война между левобережьем и правобережьем. Потом разделы Польши, в ходе которых мы вернули все украинские земли.
Потом революция февраля 1917-го – когда часть украинских элит вдруг ощутили себя самостийными и начали курс на отделение. Затем Гражданская война, отделение Киева — и возвращение Киева. Затем сталинский предвоенный рывок, когда Западную Украину и западную Белоруссию снова вернули в Россию. Затем 1991-й год. Затем 2014-й год.
Если эта история длится одну тысячу двести лет – с чего бы ей завершиться?
Европа будет что-то предпринимать. Поляки будут кривляться и грозить нам. Французы принимать санкции. Немцы хмурится. А мы – делать своё дело. Это – судьба. Она – навсегда.
С недавних пор Вы являетесь сопредседателем объединенной Партии «Справедливая Россия –За правду». Какие первоочередные задачи партия ставит перед собой?
Возвращение в состав России Донбасса, а также всей Левобережной Украины, Киева. Это безусловные наши задачи, мы их не скрываем, и будем всесторонне влиять на это.
В экономике цель – «левый поворот», построение социализма XXI века. У этой задачи сотни сложнейших подзадач; но, в сущности, мы понимаем контекст и знаем, что делаем.
Как Вы полагаете, какой процент граждан России, проживающих на территории Донбасса, поддержит Партию «Справедливая Россия – За Правду» на выборах в Госдуму?
Буду горд этим.
Ни в одной российской партии нет столько людей, прошедших Донбасс. Напомню вам, что в нашей партии состоят Ахра «Абхаз» Авидзба и Сергей «Француз» Завдовеев – легендарные донецкие командиры, — первый руководил «Пятнашкой», второй – «Легионом».
У нас в партии добрая сотня бойцов и офицеров, прошедших ополчение.
Да и сама партия, признаться, была задумана в Донецке во время наших разговоров с Александром Казаковым – моим товарищем по партии, который все военные годы был советником Александра Захарченко, и одним из самых близких к нему людей.
Назову ещё бывшего министра связи ДНР Виктора Яценко, который руководит в партии одним из важнейших направлений, или Евгения Мефёдова, которого в Одессе схватили в мае 14-го и бросили за решётку по делу Дома профсоюзов, требуя от него признания, что он русский террорист. Но этот героический парень ни в чём не признался, и нам удалось вернуть его в Россию. Он занимается правозащитным проектом в партии, спасая, например, тех ополченцев, которых хотят выдворить за пределы России – в те страны, откуда они родом, и где их неизбежно посадят в тюрьму.
Ну, достойная ведь команда?
Мне хотелось бы, чтоб дончане знали о нас.
Тему Донбасса активнее всего поднимает именно Ваша партия. Но на Донбасс приезжали депутаты Госдумы и от «Единой России», и от КПРФ. Почему, на Ваш взгляд, нет таких жестких и категоричных заявлений от других Парламентских партий?
Мы тут жили, и оставили в донецкой земле даже не десятки, а сотни своих товарищей. Помимо потерь в нашем батальоне, помимо Александра Захарченко и Арсена Моторолы, в Донецке и в Луганске погибло несколько ближайших моих друзей.
У нас тут свои счёты. И это самые серьёзные счёты на свете.
Банковская система России, в лице крупных игроков, не «зашла» в Крым по понятным причинам. Для крупных финансовых учреждений отсутствие доступа к мировому рынку кредитов – это «смерти подобно». Скажите, пожалуйста, в случае признания республик или вхождения их в состав России столкнется ли Донбасс с такими же проблемами?
Если перестанут стрелять – это самые малые проблемы. Найдём, как их обойти.
Среди приглашенных на круглый стол по вопросам голосования жителей республик был экс-командир ДНР Александр Ходаковский. Почему именно он? Достигли ли Вы каких-то договорённостей?
Александр Ходаковский, прямо говоря, один из немногих комбатов «первого призыва», оставшийся в живых; к тому же он стоял у истоков основных политических решений в момент создания Донецкой государственности.
В учебниках по истории Донбасса будет его портрет, конечно, он один из главных «отцов-основателей» Республики.
К тому же это очень образованный и очень уважаемый и здесь, и в России человек. Мы посчитали своим долгом услышать его мнение.
На круглом столе прозвучали важнейшие предложения по механике грядущих выборов в Госдуму – как сделать так, чтоб Донбасс мог проголосовать на тех же основаниях, что и все остальные граждане большой России.
Вы – уроженец Скопинского района Рязанской области, но наверняка объездили всю Россию. Вы знаете, что у каждого региона свои отличительные особенности. Назовите, пожалуйста, 5 характерных особенностей жителей Донбасса?
Невозмутимый характер – главная особенность. Я помню зиму 2014-го года, как весь киевский интернет бился в припадке, ожидая высадки мифического российского десанта.
В сравнении с этим поведение Донецка — в самые трудные и страшные месяцы 2014-го и 2015-го, в обострение зимы 2016-го, и так далее — просто образцовое, удивительное, небывалое. Здесь живут выдержанные и гордые люди.
Ещё они – хлебосольные. Остроумные! Умеющие и радоваться, и работать, и воевать.
Запись О войне в Донбассе, объединении ДНР и ЛНР и признании Республик – интервью Захара Прилепина впервые появилась DNR LIVE.