Новые находки донецких археологов

В начале августа научные сотрудники Донецкого республиканского краеведческого музея начали археологические раскопки возле села Большая Шишовка в Шахтерском районе. Объектом их интереса стало поселение эпохи раннего Средневековья. Что там удалось найти ученым, выясняла корреспондент «Вечерки», побывшая в минувшую пятницу на месте раскопа.

КТО КОПАЕТ

Лагерь археологической экспедиции разбит прямо в степи, в нескольких километрах от Большой Шишовки и нескольких сотнях метров от места самого раскопа. Состоит временное поселение археологов из нескольких палаток. Одна – для продуктов, вторая – для оборудования, остальные – для жилья. Нехитрые обеды готовят на самодельной печи.

Сейчас в лагере осталось всего четыре человека. Возглавляет экспедицию старший научный сотрудник научно-методического отдела охраны памятников археологии ДРКМ Эдуард Кравченко. Под его началом трудятся младшие научные сотрудники отдела Оксана Ефремова и Виталий Войтенко. А в быту и обработке артефактов археологам помогает младшая дочь Эдуарда Кравченко Вера, психолог по образованию, работающая в донецкой школе № 52.

Ранее в состав экспедиции входило до двенадцати человек, среди которых были и сотрудники музея, и волонтеры, помогавшие ученым.

ЧТО КОПАЮТ

Эдуард Кравченко рассказал корреспонденту «Вечерки», что именно сейчас раскапывают археологи.

– Видите две балки, расходящиеся под углом? – спрашивает мой собеседник. – В древности они были обводнены. А третья балка, в которой сейчас растет камыш, – это русло пересохшего родника. По идее, все три ровные площадки, которые мы здесь видим, должны были быть заселены. Но обитаемыми в древности оказались только две из них: одна, на которой сейчас наш раскоп, и вторая чуть в отдалении, метрах в шестидесяти. Там научный материал тоже встречается.

На месте слияния двух балок мы ничего не обнаружили. Вероятно, этот ровный клочок земли представлял собой специализированный загон для скота. С трех сторон он был огражден водными преградами, и только с одной можно было поставить какую-то перемычку в виде забора.

– Жившие здесь люди были из кочевых племен?

– Нет. В конце восьмого века на территории Донецких степей произошел бурный рост поселений. Это было хазарское время, территория входила в состав Хазарского каганата. В те годы строились поселения на Северском Донце, в среднем его течении, в Приазовье, по степным рекам.

Для кочевников, которые проживали здесь ранее, для племен протоболгар фактически не осталось места. Нормально кочевать при такой густоте населенных пунктов они не могли. В результате кочевники начали вести оседлый образ жизни.

Но скот у них остался и навыки кочевой жизни тоже. Поэтому появились сезонные, весенне-летние, лагеря, служащие для выпаса скотины. У каждого рода были свои места, которые принадлежали их предкам. Они использовали их в теплый период года для выпаса скотины, а зимой возвращались в поселения.

Один из таких лагерей мы сейчас и раскапываем.

ЗАГАДОЧНОЕ РАННЕЕ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ

– К какому периоду принадлежит раскопанное вами поселение?

– Это раннее Средневековье. Предположительно, конец восьмого – первая половина девятого веков. Поселение точно не старше начала десятого столетия. Ведь с этого времени начали происходить очень серьезные политические изменения, связанные с гибелью Хазарского каганата и приходом в степь новых кочевников. Поэтому оседлые поселения в степи исчезли совсем. На Северском Донце остались. Но в них проникло много людей из Древней Руси, там сформировалась своеобразная материальная культура, просуществовавшая вплоть до монголо-татарского нашествия.

– Поселение, которое вы раскапываете, принадлежало протоболгарам?

– Это наиболее вероятная версия. Учитывая особенности того периода, ни один специалист со стопроцентной уверенностью вам не скажет, какие именно племена могли основать степные поселения в VIII–IX веках. Думаю, здесь было много племен, которые вели кочевой образ жизни. И здесь же все они оседали.

– Прежде чем начинать эти раскопки, археологическую разведку проводили?

– Еще в 90-е годы прошлого века здесь проводили археологическую разведку сотрудники нашего краеведческого музея. Они и нашли этот памятник. Потом он долго стоял неисследованным, и вот в минувшем году мы наконец начали его раскапывать.

Я считаю, что здесь очень интересный материал. Ведь ранее копалось очень много оседлых поселений, городищ. Но такие временные поселения практически еще не исследовались. Несколько раз подобные памятники копались в Ростовской области. Но их считали кочевьями. Я с такой точкой зрения не согласен. Дело в том, что при раскопках мы находим огромное количество керамики, такой же, как в оседлых поселениях. Кочевникам таскать огромные керамические сосуды по степи не было никакого резона. Но мы имеем и факт полного отсутствия стационарных построек. Вместо них что-то типа чумов или больших шалашей. В центре располагалось кострище.

Откапываем мы и небольшие «санузлы» – выкопанные ямы для туалетов. Судя по их размерам, они были временными. Нельзя не отметить, что жившие здесь в старину люди заботились о сохранении природы и, в отличие от наших современников, не бегали под кусты. Покидая поселение осенью, они засыпали «санузлы» грунтом.

ДРЕВНЯЯ КЕРАМИКА

– Здесь вы находите в основном керамику? Металл или бронза не попадаются?

– Да. Металлических предметов очень мало. Бронзы практически нет. В прошлом году нашли бляшку от поясного набора, наконечник от дротика типа пики. В этом году попадались детали ножей, обычный инвентарь. А набор керамики очень интересный, богатый и показательный. В основном, это бытовые предметы. Встречаются керамические пряслица, каменные точила.

Интересно, что на раскопе мы в большом количестве находим камни – песчаники. Они служили для того, чтобы прижимать к земле кошмы и шкуры, которыми облицовывались постройки. Когда шалаши снимали, камни просто отбрасывали, и вот они у нас лежат в площади раскопа. Изначально эти камни здесь не находились. Их ближайшее месторождение – в двух-трех километрах отсюда. Скорее всего, древние жители этих мест везли камни с собой. Возможно, где-то здесь у них даже есть запас. Мы пока только в начале наших исследований.

– Керамику они везли со стационарных поселений на сезонные?

– Скорее всего, да. Здесь очень часто встречаются остатки от пифосов – крупных сосудов, использовавшихся для хранения припасов. Не надо было рыть ямы. Наполнил пифос едой или напитком, накрыл крышкой – и хранилище готово. Много и амфорного боя. Амфора – бутылка древности.

ЗНАЧЕНИЕ ПАМЯТНИКА

– Что дадут эти раскопки для науки, для истории нашего края?

– Поселения такого типа показывают облик нашей степи в период раннего Средневековья.

Мы немного знаем, как выглядели поселения на Северском Донце, но там все было по-другому. Это ранние городские поселения, достаточно крупные. Там были могильники – как мусульманские и христианские, так и языческие. Копались поселения и в Приазовье. А вот то, что было в период раннего Средневековья здесь, не совсем пока ясно.

Поселение такого типа мы в последний раз копали еще до войны, в 2007 году, на границе Славянского и Добропольского районов. Оно располагалось на дне балки, и мы обнаружили там остатки от кострищ, а вокруг них – площадки, вымощенные битой керамикой, костями животных и бытовым мусором. Поэтому я очень рад, что и на территории ДНР мы смогли открыть такой интересный археологический памятник.

Ксения БЕЛАШОВА